Криптобиржи и СОРМ: что стоит за пометкой «потенциально»

На майской презентации официального представителя ФСБ Александра Самойлова, показанной на Конференции российских операторов связи (КРОС), есть схема, которую заметили только сейчас. В правом верхнем углу — отдельный блок с пометкой «Потенциально» и двумя пунктами: криптобиржи и игровые платформы.

Речь идёт о распространении на них требований СОРМ — Системы оперативно-розыскных мероприятий. Внимание на презентацию обратило издание The Bell*, и уже оттуда сюжет разошёлся по отраслевым медиа.

Что именно изображено на схеме

Слайд называется «Принципы осуществления оперативно-розыскной деятельности» и описывает действующую архитектуру, а не гипотетическую. В верхнем ряду — категории, уже охваченные регулированием: операторы связи, организаторы распространения информации, владельцы автономных систем, хостинг-провайдеры и объекты ТЭК. Все они сведены стрелками к блоку СОРМ, а снизу перечислены субъекты оперативно-розыскной деятельности: МВД, ФСО, ФСБ, СВР, ФТС и ФСИН.

Криптобиржи вынесены в отдельный блок сбоку. Формально это означает, что ведомство рассматривает их как следующую категорию для включения, но пока не как уже регулируемую.

Соседство показательно: рядом стоят игровые платформы, и обе категории объединяет одно свойство — они аккумулируют данные о деньгах и коммуникациях пользователей, оставаясь вне контура, выстроенного для операторов связи и хостингов.

Что даёт СОРМ

Система обеспечивает спецслужбам круглосуточный удалённый доступ к сведениям о пользователях. Она позволяет в реальном времени мониторить и анализировать интернет-трафик, хранить метаданные и пользовательские материалы, а также связывать между собой IP-адреса, логины, страницы в соцсетях и платёжные данные.

Принципиальное отличие от нынешнего порядка — не в объёме сведений, а в способе доступа. Сегодня биржи и обменные сервисы передают информацию по запросу, в рамках процедур финансового мониторинга. СОРМ убирает стадию запроса: доступ становится прямым и постоянным.

Для рынка криптовалют это меняет саму модель отношений с государством: площадка перестаёт быть стороной, которая отвечает на обращения, и превращается в узел наблюдательной инфраструктуры.

Почему платформы для торговли приравняли к соцсетям

Судя по логике презентации, ведомство считает криптобиржи и игровые платформы близкими по функционалу к социальным сетям. Основание понятное: и там, и там есть аккаунты, идентификация, внутренняя переписка, движение ценностей между пользователями и внешние переводы.

Аналогия небезупречна. Соцсети хранят преимущественно контент, тогда как платформы для торговли криптовалютами оперируют финансовыми записями — а это уже область банковского надзора с собственными правилами хранения и раскрытия. Фактически на один объект накладываются два разных режима регулирования.

Силовики хотят, чтобы новые требования соблюдались по образцу крупнейших банков — те уже обязаны устанавливать оборудование и предоставлять доступ к клиентским данным. То есть модель заимствуется у банковского сектора, а не изобретается заново.

Чем это отличается от инициативы 2022 года

Похожее предложение звучало четыре года назад: тогда ФСБ хотела обязать биржи передавать данные о клиентах, но без обязательной установки оборудования. Это была надстройка над отчётностью.

Нынешний вариант меняет природу требования. Установка СОРМ — это инфраструктурное обязательство с капитальными затратами, техническими условиями и согласованием плана с ведомством. Для площадок средней величины такие расходы способны оказаться сопоставимыми с годовой прибылью. Кроме того, биржи криптовалют обязаны будут согласовывать технический план с ведомством — процедура небыстрая, и на время согласования вопрос о продолжении работы остаётся открытым.

Механизм принуждения уже отработан

Инструменты давления существуют и применяются. В июне максимальный штраф за отказ от установки оборудования был увеличен до 10 млн рублей. Параллельно работает более действенный рычаг: операторам связи, не согласовавшим с ФСБ план установки системы, Роскомнадзор перестал выдавать и продлевать лицензии.

Именно лицензионный механизм важен для понимания перспектив. Штраф — расход, который можно заложить в бюджет. Отказ в лицензии означает прекращение деятельности.

Для рынка это означает неизбежную концентрацию. Крупные биржи затраты потянут и распределят их по обороту, небольшие площадки для торговли — вряд ли. Аналогичный эффект наблюдался у операторов связи: после введения требований часть региональных компаний ушла с рынка или была поглощена.

Какие данные попадут в поле зрения

Если требование распространят, объём видимого существенно вырастет. На централизованные биржи придётся полная картина:

• привязка аккаунта к паспортным данным и номеру телефона;
• история входов, устройств и IP-адресов;
• набор торговых пар, которые использует клиент, объёмы и точное время сделок;
• остатки на счетах, а также стейкинг как отдельный источник дохода;
• вывод средств с указанием внешних адресов назначения.

Отдельную ценность для расследований представляет не сама торговля криптовалютой, а связка идентичности с ончейн-адресом. Именно она превращает анонимный адрес в конкретное лицо — то, ради чего такие данные обычно и запрашивают.

Набор торговых пар сам по себе информативнее, чем кажется. По нему восстанавливается профиль клиента: склонность к спекуляциям, интерес к конкретным сетям, характерная конвертация в стейблкоины перед выводом. Аналитику по истории торговых пар давно применяют и сами биржи — для внутреннего скоринга и риск-моделей.

Здесь важно не переоценить новизну. Существенная часть перечисленного и сегодня доступна по официальному запросу: биржи криптовалют, работающие в российском правовом поле, проводят идентификацию клиентов и отчитываются перед финансовой разведкой. Меняется не состав сведений, а скорость и автономность доступа — оперативная работа перестаёт зависеть от готовности площадки отвечать и от сроков рассмотрения запроса. Для дел, где счёт идёт на часы, разница принципиальна.

Где требование упирается в технику

Здесь возникает асимметрия, которую презентация не решает. Централизованные биржи имеют оператора, юридическое лицо и серверы — есть кому предъявить требование и куда поставить оборудование.

Децентрализованная биржа устроена иначе: расчёты идут через исполнение смарт-контрактов, оператора в привычном смысле нет, а интерфейс может быть просто статическим сайтом. Устанавливать оборудование технически некуда и юридически некому.

Ровно та же проблема возникает с зарубежными площадками. Крупнейшие биржи криптовалют зарегистрированы вне российской юрисдикции, и предъявить им инфраструктурное требование напрямую невозможно — остаются только блокировки на сетевом уровне, эффективность которых ограниченна.

Это не делает такие сервисы правовым убежищем. Закон от 4 августа обязывает резидентов с 1 июля 2027 года совершать сделки только через уполномоченных посредников — обязанность лежит на пользователе независимо от того, как устроена площадка.

Как это стыкуется с новым законом

Совпадение по времени неслучайно. Подписанный на этой неделе закон о цифровых валютах создаёт реестр лицензированных участников: биржи, обменники и депозитарии становятся идентифицируемыми юридическими лицами с российской пропиской.

До сих пор главным препятствием было отсутствие адресата требования: непонятно, кого именно обязывать, если площадки работают из-за рубежа. Реестр эту проблему снимает. Криптобирж, легально обслуживающих россиян, окажется ограниченный круг — и все они будут наперечёт.

Последовательность выстраивается логично. Сначала оборот криптовалют в России получает правовую рамку и перечень допущенных участников, затем к этому перечню применяются требования по раскрытию. Организованные торги криптовалютами в России запускаются с сентября, и подключение новых площадок к системе наблюдения на старте технически проще, чем дооснащение уже работающей инфраструктуры торговли.

Статус инициативы

Важная оговорка, которая теряется в пересказах. Речь идёт о презентации ведомства, а не о законопроекте. Документ в Госдуму не внесён, сроков нет, формулировок требований тоже. Слайд фиксирует направление мысли регулятора, но не создаёт обязанностей.

Для рынка криптовалют в России практический вывод пока один: планировать стоит исходя из того, что раскрытие данных будет расширяться, а не сокращаться. Биржи и обменные платформы, рассчитывающие на долгую работу внутри юрисдикции, закладывают эти издержки заранее — как раньше сделали банки и операторы связи.

Ранее в Общественной палате России предлагали поручить ФСБ расследование нелегальных сделок с криптовалютой, чтобы прекратить подпольную работу обменников: по мнению властей, такие сервисы используются мошенниками для легализации преступных доходов. Нынешняя презентация укладывается в ту же линию — и с высокой вероятностью получит продолжение уже в виде нормативного текста.

* Издание признано Минюстом РФ иностранным агентом.